С «черного гусара» из Оренбуржья сняли судимость за героизм на СВО

Два года назад, в мае 2024-го, уроженец Домбаровского района Оренбуржья Анатолий Русаков принял решение отправиться в зону СВО, кардинально изменив свою жизнь. После пребывания в местах лишения свободы он осознал, что ради родных и близких хочет оставить прошлое позади.

Анатолий внимательно следил за событиями на передовой, изучал обстановку, оценивал силы противника, общался с бойцами, которые уже имели опыт службы. Окончательно убедившись в правильности своего выбора, подписал контракт и стал частью 15-й отдельной гвардейской мотострелковой бригады, более известной как «Черные гусары». Там ему дали позывной «Блейд».

— Блейд, потому что я смуглый, плюс ходил в черных очках, кепке и с большим мачете, — смеется Русаков. — Поэтому и вызвал у ребят ассоциацию с героем фильма «Блэйд — убийца вампиров».

Разведка боем

Первая задача, поставленная перед бойцом и его товарищами, заключалась во взятии лесополосы, занятой противником. Две группы, загрузив все необходимое на багги, отправились в самое сердце вражеских позиций. В качестве поддержки им выделили телефоны, оснащенные специальной военной картой, работающей без Интернета. Анатолий, зная, что идет прямо в пасть к врагу, понимал: это может быть его первый и последний бой.

— Первого июня 2024 года нас пустили, как разведку боем, в лесополосу, которая имела Г-образную форму, общей протяженностью 1 800 метров, – объясняет Блейд. — Я ехал с водителем впереди. По совместительству был и пулеметчиком, и командиром группы. Примерно на полпути нас разбили. Мы попали под атаку FPV-дронов. Когда сзади ударил беспилотник, я даже не понял, что произошло. Сначала потемнело в глазах, потом появился свист в ушах. Боли не почувствовал, схватил пулемет и выскочил из машины. Время шло к обеду, видимость хорошая, потому с дороги перебрался в кусты. В небе стоял гул множества дронов, работала минометка. Со мной рядом лежал тоже наш оренбургский парень с позывным «Клевер». Он по рации доложил: «Блейд» — 300, осколками сильно разбито лицо». Я не успел достать телефон, чтобы посмотреть карту, как над нами навис заряженный беспилотник. У левой руки пулемет, но она предательски не слушается, не могу поднять 12,5 килограмма. В тот момент простился с жизнью, ниже пригнулся и нащупал правой рукой автомат «Клевера».

Сражение за жизнь

С невероятным усилием одной правой руки, положив оружие на раненую левую, Анатолий смог сбить беспилотник противника. Аппарат рухнул, взорвавшись в стороне, не причинив вреда нашим бойцам. Но передышка была недолгой – навстречу им уже несся следующий БПЛА.

— Он пролетел мимо моей головы и в полутора метрах взорвался, — вспоминает «Блейд». — Хорошо, что я был в броне, меня волной откинуло вперед, а «Клевера», наоборот, ближе к взрыву. Он получил очень сильную контузию. С трудом мы поднялись, побежали, запрыгнули в ближайшие кусты. Вижу, ему совсем плохо, сам я его вытащить не смогу, решил спрятать в углублении под упавшим деревом. Говорю: «Братан, только не дергайся, чтобы не заметили, потерпи». А он руками, ногами машет, полная дезориентация. Тут снова дрон. Я накрыл «Клевера» собой, держу, чтобы не шевелился. Если ударит «птичка», пусть по мне. Но она взорвалась дальше. После откатился назад и обнаружил еще одного бойца. Вдруг перед нами остановился танк – наш, российский. Минометка открыла огонь по нему. В какой-то момент машина двинулась прямо на нас. Думал, либо сейчас раздавит, либо надо выпрыгивать из укрытия, но тогда нас добьют дронами. Чувство, что жизнь висит на волоске, не покидало ни на секунду.

В критический момент, когда казалось, все потеряно, произошло невероятное. Танк развернулся, приняв на себя всю ярость вражеского огня. Этот маневр дал нашему герою драгоценное время, чтобы пересечь опасную дорогу и присоединиться к бойцам 30-й бригады. Добравшись до спасительной лесополосы, Блейд обнаружил там своего раненого помощника и водителя. Увы, к «Клеверу» судьба оказалась жестока – он так и не смог покинуть поле боя живым. Анатолий же, попав в руки медиков, которые находились в селе Соловьево, узнал, что получил перелом левой руки, множественные осколочные ранения спины и лица, пробитое легкое и контузию.

Долг сильнее боли

Анатолия отправили в госпиталь, где провели полное обследование. Рентген показал в легком металлический осколок. Врачи решили его не удалять, так как это потребовало бы сложной полостной операции на грудной клетке. Инородное тело, по словам бойца, особо не мешает, хотя сейчас подниматься по этажам стало гораздо сложнее. А вот руку все же пришлось оперировать, вставлять спицы.

После лечения «Блейд» вернулся на службу. Начал обучать новобранцев в качестве инструктора.

— Но по истечении какого-то времени я уже не мог спокойно смотреть, как мои ребята отправляются на задания. Пошел к командиру стал проситься с ними. «Мои пацаны там, в бою, а я здесь, как трус. Если пойду с ними, добавлю им уверенности в себе, — рассказывает «Блейд». – И меня отпустили. Мы не раз попадали под обстрелы и в засады. Незначительные раны йодом помажешь — и нормально. Однажды поступил приказ вытащить раненых. Точка довольно дальняя. Туда добраться опасно, а вернуться еще сложнее. Туда-то идешь пустой, обратно — с раненым. Одного успели вынести, второго потащили — нас дрон догнал. Я пытался отбиться, патроны кончились, только магазин поменял, слышу звук – «птичка» пикировать начинает. Двинулся в сторону, чтобы не попасть под удар. В прыжке почувствовал: в ногу как будто кусок земли бросили. Тут слышу пристрелочный минометный удар. Ребятам кричу: «Уходим!» Добежали до лесополосы, и я чувствую, что нога не работает. Зима, 18 февраля, ботинки высокие обуты. Смотрю, в одном из них дырка. Снимаю, а в лодыжке кусок железа. Ничего, добрались до медпункта».

Впереди жизнь по-новому

Ногу ему забинтовали вместе с осколком, сделали обезболивающий укол и отправили бойца на эвакуацию. Четыре километра «Блейд» прошел самостоятельно.

— Мне в сопровождение дали медика, 18 лет мальчишке, первый раз был на задаче, — поясняет Русаков. — Идем, он широко раскрытыми глазами на все вокруг смотрит. Взял у него автомат, объясняю, как действовать в случае атаки: «Если что вдруг сверху полетит, беги и прячься». Добрались до точки эвакуации — машины нет, пока ждали, подтянулись еще раненые ребята. Решили идти до другой точки, меня уже катили на тележке. Катят, а я с автоматом в обнимку за небом слежу. Доставили в госпиталь. Осколок долго не доставали, так как он зашел глубоко в кость, была большая вероятность, что совсем не смогу ходить. Один из хирургов предложил постепенно вытягивать его магнитом. Так и сделали, пришлось, правда, потерпеть боль. Зато теперь все хорошо.

Комиссовали Анатолия Русакова в июне 2025 года. А недавно героя нашла награда — медаль «За отвагу». Благодаря заслугам перед Отечеством с него сняли судимость. Впереди у 35-летнего ветерана СВО — долгая жизнь, которую теперь он может написать по-новому.

Наталья Тимонина

Фото автора