Заслуженной артистке РФ Зинаиде Карпович — 75. Императрица оренбургской сцены

История успеха известной оренбургской актрисы Зинаиды Карпович — это немножко сказка про Золушку. В нашем областном театре драмы, куда Зинаида Михайловна поступила в 1976-м, она долго оставалась в массовке. Тогда актриса научилась играть без слов, наделяя особенными чертами своих безмолвных героинь. Ее заметили, появились новые интересные роли. Сначала это были роли ярких, экстравагантных дам во французских комедиях, но оказалось, что актрисе по плечу и глубокие, драматические образы. В итоге у Зинаиды Карпович около ста работ, среди которых Екатерина Великая в «Капитанской дочке», Васса Железнова и целая череда колоритных деревенских баб, играя которых, она все равно остается настоящей царицей сцены.

Спасибо вам за Эльзу!

— Зинаида Михайловна, для своего бенефиса вы выбрали спектакль «Земля Эльзы». Он о поздней любви и коротком счастье. Зрители порой до слез сопереживают героине. У вас с Эльзой, женщиной ранимой и немного наивной, есть что-то общее?

— В последней сцене Эльза почти улыбается, а по лицу текут слезы. Она знает, что ее суженый не вернется. Когда читаю этот монолог, у меня возникает ощущение, будто смотрю на себя со стороны. Настолько погружаюсь в образ – хотя я совсем не такая, как моя героиня. Скорее, представляю, как бы я в этих предлагаемых обстоятельствах действовала. Эльза прошла послевоенный голод, нищету, терпела оскорбления и свой неудачный брак… И вот она встретила Василия, которого играет заслуженный артист РФ Александр Иванович Папыкин. Такой, что называется, балагур, который смог заговорить Эльзу, – и эта зажатая женщина раскрылась. Она хочет и торопится жить. Накрасила губы, надела туфли на каблуках… Казалось бы, зачем Эльзе розовое платье, эта свадьба на старости лет? Могли бы ведь просто так жить, не встал бы вопрос собственности. Но ей, не знавшей раньше любви и счастья, это было очень важно.

— Такой грустный, эмоционально тяжелый финал — он обязателен?

— Да, только благодаря ему взрослые дети главных героев стали другими людьми, поняли, что своим отношением погубили родителей. Последние слова дочери: «Прости, мама…» Кстати, я общалась с драматургом Ярославой Пулинович, и она рассказала, что в основе пьесы лежит реальная история. Прототипы главных героев живут в селе на ее родине, и у них как раз все хорошо сложилось.

Но наш художественный руководитель народный артист РФ, лауреат Государственной премии РФ Рифкат Исрафилов, как приверженец русского психологического театра, всегда ставит спектакли, которые оставляют долгое послевкусие. У него обязательно даже в комедии финал – повод задуматься о чем-то очень важном. Одна моя молодая поклонница призналась: «После «Земли Эльзы» я так плакала, звонила маме — прости, если я что не так сделала!» Шестнадцатилетняя дочь нашего актера Сергея Кунина смотрела спектакль раз 12. Говорит, как мне вас жалко! Я сразу о мамочке своей думаю! Представляете, ребенку 16 лет! Иногда иду по Советской, подходят незнакомые люди со словами: «Спасибо вам за Эльзу!»

— А вы верите в любовь в таком возрасте?

— И первый, и второй муж меня очень любили. Оба они ушли из жизни. На мой взгляд, такие сильные чувства может испытать только тот, у кого их не было раньше. А сейчас я скорее ощущаю радость одиночества – то, чего мне не хватало в жизни. Сейчас у меня свой мирок и друзья: сегодня я отдаю свой день одной подруге, завтра другой. Они тоже мне помогают, поддерживают. Я стала любить телевизор и телефон с Интернетом. И еще обожаю умные детективы.

Лезгинку танцую с удовольствием

— Одну из ваших недавних работ, старуху Кэто в «Мачехе Саманишвили», отметили на V Всероссийском фестивале национальных театров в Грозном. Хотя, кажется, она там произносит единственное слово — «Хочу!». В смысле — хочу замуж, что при многократном повторении вызывает гомерический смех в зале.

— Речь, конечно, идет не о сексе, а о душевном состоянии, о том, что и в старости душа человека молода. «Мачеха Саманишвили», поставленная у нас Романом Дабаговым, — спектакль не только смешной, но и очень жизненный. Я работаю в нем с удовольствием, в том числе и физически, когда надо танцевать лезгинку. Хотя трудно, конечно, стоя на носках, держать свой вес. Среди старух-«невест», хромых, горбатых, одноглазых, я единственная, у которой есть имя. Чтобы было смешнее, хотела себе брови широкие приклеить, но хореограф Рамиза Мухаметшина объяснила, что моя героиня когда-то была красавицей, такой царицей-лебедь. И в старости должна нести себя соответственно. Нам с Натальей Ивановной Пановой даже премию за эти роли старух выдали. Члены жюри в Грозном хвалили мою тетушку Кэто. Всем понравилось, что артисты русского театра смогли так передать национальный колорит.

Подрались из-за курицы

— Наверное, не так часто с годами актрисе предлагают столь разноплановые и значимые роли?

— К примеру, на роль Вассы Железновой московской режиссер Сергей Яшин выбрал меня, когда мне было 65 лет. Подобное предложение вообще огромный комплимент артистке, тем более в таком возрасте. Потом он рассказал, что, как только увидел меня в спектакле «Бешеные деньги» на фестивале в Москве, определился и с выбором пьесы, которую поставит в нашем городе, и с главной героиней.

А начался мой творческий взлет с приездом в Оренбург Рифката Исрафилова, глубокого режиссера с потрясающей интуицией. Во многом благодаря ему к своему 75-летию я пришла с такими замечательными ролями. Ведь про старух пьес почти не пишут. А у меня что ни роль, то подарок. И в «Милых людях», и в «Свадьбе в Малиновке», и вот сейчас – в «Земле Эльзы». У него я сегодня играю деревенскую старуху в спектакле «Любовь и голуби», завтра — мадам в «Моей прекрасной леди». Очень благодарна ему за эти сценические перевоплощения. Я гибкий человек, не боюсь быть некрасивой на сцене. И Кикимору играла с удовольствием, и плохую дочку в «Аленьком цветочке». Чем больше себя изуродую, тем смешнее.

— Помню, как в спектакле «Шесть блюд из одной курицы» вы танцевали в балетной пачке. Это ведь ваша была идея? И наверное, не единственная.

— Рифкат Вакилович порой сам дает нам свободу для такого творчества. Впервые это произошло, когда мы ставили «Бесталанную», где я играла одну из главных героинь, такую шумную украинскую женщину. В сценарии написано: за кулисами Ганна орет, ругается с соседкой из-за курицы. Я думаю: как это скучно! И договорилась со своей партнершей по этой сцене разыграть весь диалог, который должен быть за кулисами, прямо в зрительном зале. Я бегу со скалкой и кричу: «Ах ты, подлюга такая, это когда же я у тебя картошку воровала?!» Начинается драка. Я говорю: «Люди дорогие, вы гляньте, что она творит!» Рифкат Вакилович эту сцену одобрил и включил в спектакль. Зал принимал ее на ура. Там еще фраза была такая смешная: «Пойду доругаюсь. А то не засну…»

Валентина СОКОЛОВА

Фото предоставлено Оренбургским театром драмы