В оренбургском «Эрмитаже» представлены свидетельства старинного Петербурга

После выставки «Жизнь в замках и дворцах» в центре «Эрмитаж-Евразия» — оренбургском филиале государственного Эрмитажа, казалось, трудно придумать что-либо столь же роскошное. Но новая экспозиция — «Классический Санкт-Петербург: город и горожане» восхищает и завораживает не меньше, чем предыдущая.

Под приглядом бабушки и внука

Эта экспозиция посвящена одному из красивейших городов мира — «блистательному Санкт-Петербургу». А именно времени правления Екатерины II и Александра I, сделавшего Северную столицу символом имперского могущества.

При Екатерине, как говорят специалисты, сформировалась основная «ткань» исторического центра города. Стиль роскошного барокко сменился благородным классицизмом. Были построены Мраморный дворец, Академия художеств и Академия наук, Гостиный двор, Эрмитажный театр, Малый и Старый Эрмитаж. Берега Невы, Фонтанки и Екатерининского канала оделись гранитом. На Сенатской площади появился памятник Петру I работы Фальконе, ставший символом Петербурга. В моду вошли променады в Летнем саду и на Марсовом поле, где демонстрировались наряды и велись светские беседы. На Невском проспекте возникли первые кофейни и кондитерские, ставшие местом встреч литераторов, художников, актеров.

Немалую лепту в формирование образа имперского города, несущего в себе черты мировой столицы, внес и внук Екатерины – Александр I. Вот только некоторые архитектурные сооружения, построенные при нем: Казанский собор – символ победы в Отечественной войне 1812 года, Адмиралтейство, Михайловский дворец, Горный институт. Была обновлена Стрелка Васильевского острова, создан ансамбль Дворцовой площади по проекту Карла Росси.

Тень Великого Петра

Практически все это запечатлено на полотнах и гравюрах шведского художника Бенжамена Патерсена, представленных на выставке. В таком количестве, а в экспозиции их около двух десятков, они собраны впервые в одном зале. Это не парадные зарисовки Петербурга, а повседневная жизнь города. Да, с прогулками и пышными выездами представителей высшего общества, но и с будничными заботами трудового люда. В городских пейзажах Патерсена можно «встретиться» с разносчиком пирожков, садовником, спешащим доставить цветы, уличными собаками. Шведский художник рисовал русский город с большой любовью. И до конца жизни так и не вернулся к своим шведским пенатам. На одной из работ изображен Исаакиевский собор. Но совсем не таким, каким мы знаем великое творение Монферрана, — гигантский каменный шедевр, чей золоченый купол виден почти из любой точки исторического центра. На полотне же — пять куполов. Художник нарисовал будущий собор, взяв за основу проект, утвержденный Екатериной, но в ходе строительства претерпевший коренные изменения.

Отдавая должное пышной архитектуре, мастер уделял большое внимание питерскому небу. Видимо, неспроста. На одной из картин в огромном облаке, приглядевшись, можно увидеть очертания Медного всадника. Похоже на тайное послание. Мол, знайте, «Петра творенье» не оставлено без его покровительства.

С красным дипломом – на завод

В период правления Екатерины II на императорском фарфоровом и стеклянном заводах, а также шпалерной мануфактуре работали самые талантливые выпускники Академии художеств. Доказательством тому — хрустальные вазы, кубки, стаканы, инкрустированные золотом, фарфоровые вазы с «хрестоматийными» видами Санкт-Петербурга, украшенные гербами губерний обелиски из дымчатого кварца, представленные в музейных залах. Жаль, нет обелиска с гербом Оренбургской губернии, но среди предметов дворцового убранства имеется ваза из живописной орской яшмы. Привлекают внимание расписные фарфоровые тарелки с росписями сцен из жизни крестьян, видами Санкт-Петербурга и Москвы. История их создания такова. В 1807 году Наполеон Бонапарт подарил сервиз севрского фарфора Александру I. Российский император так впечатлился, что приказал сделать на императорском заводе русский сервиз из 50 предметов, расписанных вручную.

Впечатляет шпалера с изображением Екатерины Великой – детализированный портрет, над которым трудились сразу несколько мастеров. Если говорить о предназначении этого произведения искусства, портрет мог стать великолепным дипломатическим подарком дружественной стране. По обе стороны от портрета императрицы — два великолепных кресла, спроектированных ни много, ни мало — архитекторами.

Ценителей изящного наверняка привлечет витрина с миниатюрами, на которых изображены Елагин остров, Гатчинский дворец, крестьянин в повозке с лошадью. Они невероятно живописны. Но это не картины, написанные краской, а мозаики, составленные из крошечных кусочков смальты, которые можно детально разглядеть только с помощью лупы.

Платье как у Наташи Ростовой

Особый раздел выставки – одежда и обувь. Мужской мундир, по одной из версий, принадлежавший Александру I, дамские туфли для променадов и для балов, жакет-спенсер, двусторонняя шаль ювелирной работы.

Вот бальное платье, которое кажется детским. Но барышни и начинали выезжать в свет в подростковом возрасте. Именно в таком Наташа Ростова вальсировала с Андреем Болконским на своем первом балу. В платье стиля ампир танцевать – самое то. Легкий, воздушный фасон без пышных юбок и корсетов. Правда, дамы старшего поколения приняли эту моду в штыки: узкий рукав, платье без шлейфа и самое главное — видны туфли. Получается, к каждому бальному наряду надо новую обувь. Это расточительно.

А дамская обувь той поры была истинным произведением искусства. Вот туфельки-стерлядки из тончайшей кожи. Они предназначены для улицы. А чтобы не стирались на гранитной мостовой, к ним прилагалась изящная «галошка» из кожи, соответствовавшая дизайну туфельки.

Все это, разумеется, носили состоятельные петербуржцы. Образ дополняли разнообразные аксессуары: сумочки, бумажники, монетницы ручной работы, лорнеты, монокли, карманные часы, которые также можно увидеть в музейных витринах. Кстати, часы до сих пор отсчитывают век за веком.

Не только «сливки»

Обращает на себя внимание трость – незаменимый предмет для господ. Ею можно было «пошевелить» кучера, чтобы ехал быстрее, обозначить личное пространство, если кто-то подошел слишком близко, и отбиться от собаки. А в этой еще и подзорная труба имеется.

Выставка отдает дань не только сливкам петербургского общества, но и горожанам других сословий. Вы увидите сделанные на императорском фарфоровом заводе фигурки каменщиков, рыбаков, мастеровых, дворников, уличных торговцев, барышню-крестьянку с корзиной ягод и даже лакея, несущего шляпку своей госпоже.

Здесь же — простонародная одежда. Крестьянская домотканая рубаха и штаны. И праздничный наряд крестьянки – воспетый в песнях красный сарафан, сшитый из тонкой фабричной ткани. Настолько тонкой, что местами ее уже пришлось реставрировать. Свет оказывает разрушительное влияние на некоторые экспонаты. Поэтому в течение года (именно столько будет работать выставка) часть их, в том числе и одежду, каждые четыре месяца будут менять.

Наталия Веркашанцева

Фото автора