Известный тележурналист Юрий Кононыхин представил книгу о жизни целого поколения оренбуржцев

В театральной гостиной Союза театральных деятелей состоялась презентация книги «Причалы судьбы» известного тележурналиста, автора полутора десятков телеспектаклей, серии исторических видеофильмов, цикла киноработ о достопримечательностях Оренбургского края Юрия Кононыхина.

Детства нашего дворы

В нее вошли его стихи и воспоминания о раннем детстве, совпавшем с Великой Отечественной войной, о послевоенной юности в период «оттепели» и годах творческого становления в период «застоя». Словом, о том, как «хорошо мы плохо жили в СССР». Отнюдь не случайно презентация состоялась именно в гостиной СТД. Во-первых, будучи выпускником Московского института культуры, задолго до телевидения Юрий Кононыхин работал актером, а затем и режиссером в Орском драматическом театре им. Пушкина. А во-вторых, он вырос в доме, где жили артисты Оренбургского драматического театра им. Горького. Воспоминания так и называются – «Мой театральный дворик».

Дом располагался как раз напротив театра — «на улице Пролетарской, под счастливым номер 13». И, по сути, представлял собой театральное закулисье: все события, происходившие в театре, невольно имели продолжение во дворе. Говоря современным языком, этот дворик можно было назвать «звездным»: здесь жили и бывали актеры, ставшие впоследствии благодаря кино широко известными в России.

— Для меня театральный дворик стал первым причалом моей судьбы, определив и выбор профессии, и всю последующую жизнь, — признается Юрий Викторович. – Каюсь, «Причалы судьбы» — название достаточно тривиальное. Сейчас много фильмов и сериалов со словом «судьба» в названии. Но, видимо, время такое, что человек задумывается о судьбе – своей собственной и о судьбе страны.

Название книге дало «программное» стихотворение «Детства нашего дворы».

Вы нас нянчили в детстве, городские дворы.

Никуда мне не деться от весенней поры,

Когда все расцветает за окном и в душе,

Лишь года убегают, не догонишь уже.

Дворы – это начало, путеводная нить,

Наших судеб причалы, от которых нам плыть.

Потому вспоминаю двор, что с детства любил.

Мяч ногами пинаю, помню гол, что забил.

Как гоняли по лужам корабли из газет.

И картошку на ужин, и ее на обед.

Как весною победной бел черемухи цвет,

Как в шинели военной возвратился мой дед.

Вы мне верьте, не верьте, не могу не любить.

Дворы детства до смерти нам нельзя позабыть.

Пальто от Шульца

Трудно поверить, но летописец Оренбуржья Юрий Кононыхин родился не в нашем городе, а в Новосибирске. Здесь он оказался благодаря «родственным связям». В июне 1941 года его 14-летнюю сестренку отправили в Оренбург в гости к тетке — маминой сестре. А через несколько дней началась война. И Таня задержалась в гостях на целых четыре года. Но в 1945-м семья воссоединилась: шестилетний Юра переехал с родителями в Оренбург. Жить они стали у маминой сестры всемером в одной комнате, разделенной на две половины большой печкой. Тут самое время прояснить, что маминой сестрой была актриса драматического театра Мария Иннокентьевна Бородина. Ее супруг — Василий Иванович Фомичев тоже служил актером. И Юриной маме нашлась работа в театре – костюмером. Юрий Викторович вспоминает, как однажды она испытала шок, увидев за кулисами идущих к ней навстречу Ленина и Сталина. В театре шла генеральная репетиция спектакля «Незабываемый 1919-й». И исполнителям вождей мирового пролетариата впервые сделали портретный грим. А чуть позднее роль молодого Ленина – Володи Ульянова сыграл на оренбургской сцене начинающий артист Леонид Броневой, проработавший в нашем городе два сезона.

Одно из самых ярких воспоминаний детства – то, как стреляли из рогаток в немцев, строивших новое здание драмтеатра. А однажды перед поступлением в школу мама, достав из сундука старое шинельное сукно, повела его в свой пошивочный цех, чтобы работавший там пленный немец Шульц сшил ему пальто. Когда веселый рыжий немец, сняв мерку, протянул парнишке карамельку, Юра, заревев, оттолкнул его руку и выскочил из пошивочной.

— У каждого из нас – пацанов военного времени был свой счет к этим воякам, — вспоминает Юрий Викторович. — В каждой семье кто-то из родных навсегда остался где-нибудь на Волге или Днепре, в Польше или Германии. Да и игра-то главная у нас была – война! Воевали мы двор на двор. И «военные действия» длились месяцами.

Первая «роль» — электрик

К десятому классу у него проснулся интерес к театру. И после школы он устроился работать электриком. Первая ложа, если смотреть на сцену, была его. С удовольствием сидел на репетициях. И даже играл вместе со своими друзьями в массовых сценах – в спектаклях «Власть тьмы», «Ромео и Джульетта».

— Театр стал моей стихией, — рассказывает Юрий Викторович. — В конце концов я поехал учиться в столицу на режиссера народных театров. Москва 60-х — мой второй причал. Время было замечательное. Расцвет культуры. Мы были студентами, ходили по театрам. Один раз довелось попасть в Политехнический музей, где читали свои стихи поэты-шестидесятники – Вознесенский, Евтушенко, Окуджава. Но самое главное для нас было – практика в московских театрах, общение с мастерами. Этот период дал мне многое в плане понимания того, что такое театральное искусство.

После окончания института поехал по направлению в Сибирь — режиссером народного театра, который сам и создал. В 1966 году ему предложили работу в театре профессиональном — Орском драматическом. Предложение показалось соблазнительным, он согласился. Театр переживал очень сложные времена: стационарное здание ремонтировали после пожара, труппа скиталась по сельским клубам. А порой вместо сцены и вовсе был кузов грузовика. Играл он много, иногда ставил сам. Но спектакли быстро сходили со сцены. Через два года уволился и поехал на театральную биржу. Ему предложили на выбор — Могилев и Махачкалу. Жена ехать отказалась. И он «застрял» в Оренбурге.

40 лет на телеэкране

И тут главный режиссер Оренбургской студии телевидения Юрий Карасевич предложил работу в редакции литературно-драматических и музыкальных передач.

— Я согласился при условии, что буду ставить спектакли, — говорит Юрий Викторович. — Это было золотое время телевидения: Москва выделяла для периферийных студий деньги на оплату актеров, которых мы приглашали из театра. Я сумел поставить полтора десятка спектаклей за это время. Один из них даже был показан по Центральному телевидению. Работа в литдраме так увлекла меня, что через год я уже не вспоминал о своей прервавшейся театральной карьере. Телевидение, которому отдано 40 лет жизни, мой третий и самый долгий причал. После этого – пенсия и сочинительство. Начал размещать в Сети свои стихи, которые дали мне друзей не только в Оренбурге, России, но и в других странах — Канаде, Израиле. И в конце концов я решил сделать книжку. Издательство «Южный Урал» ее выпустило.

Примечательно, что выход книги, рассказывающей о судьбах целого поколения оренбуржцев, произошел в юбилейный год области и города. И написана она человеком, снявшим фильмы о многих эпохальных событиях из истории нашего края.

Наталия ВЕРКАШАНЦЕВА

Фото автора