Бузулукский фермер уже 35 лет выращивает лошадей-тяжеловозов и орловских рысаков

Белая лошадь орловской рысистой породы тревожно смотрит из теплого стойла на незнакомых людей. В глазах вопрос: «Не обидите? Не отберете?» У ног ее крутится маленький жеребенок. «Эта девочка сегодня родилась, сразу встала на ножки и даже имя уже получила, — говорит хозяин животных глава КФХ из Бузулукского района Николай Перепелкин. — Мама – Виза, отец – Снегирь, а ей быть Вспышкой. Так у коневодов положено, чтобы первая буква была по кличке матери, а в середине прозвучали отцовские нотки. В этом году ждем пополнение в 70–75 голов, придется проявить творчество и фантазию, подбирая жеребятам имена!»

Роддом круглый год

Получение потомства от кобыл называется выжеребкой. В отличие от отела крупного рогатого скота она не бывает массовой, начинается в феврале и продолжается до конца лета. Первых новорожденных этого года уже выпустили вместе с мамами на прогулку подышать свежим воздухом. Им 3–5 дней от роду, но резвятся от души, бьют копытцами землю, разрывают щедро рассыпанное сено, но от мамы далеко не отходят. Смотреть на них – одно удовольствие!

— Самые крепкие и здоровые жеребята — рожденные зимой и ранней весной. Месяц-полтора они кормятся молоком матери, а потом выходят пастись на сочное разнотравье. Осенью луга таким обилием витаминов уже не балуют, поэтому разница между молодняком, рожденным в разное время года, заметна, — рассказывает Николай Александрович. – Как любых ребятишек, держим их первое время в теплой конюшне, в мороз и ветер на улицу не выпускаем. Сегодня солнечный день, а витамин D полезен всем малышам, вот и вывели на прогулку.

— А почему нельзя отправлять в запуск кобыл в одно время, как это делается с крупным рогатым скотом? Тогда бы и получение потомства не растягивалась по времени и весь молодняк был бы крепкими, — говорю я.

— По биологическим ритмам выжеребка выпадает на весну, но нам приходится вмешиваться в природу, регулировать процесс. Так как мы круглый год производим кумыс, дойные лошади тоже должны быть круглый год. Кобыла не корова, ее не приучишь отдавать молоко, если жеребенка нет рядом. Как только он вырастает или, что иногда случается, погибает, мать сразу перестает доиться, — объясняет Перепелкин. – Поэтому приходится растягивать время получения потомства.

Опыт – сын ошибок трудных

Доильный зал в КФХ не «елочка» и не «карусель», к каждой кобыле здесь индивидуальный подход. Из 88 маток получается одномоментно доить 40–45 голов. Лошадь, как и корова, сама заходит в станок к доярке, но пока на призывное ржание не прибежит именно ее жеребенок, подключить аппарат не позволит. Полученное кобылье молоко отправляется на приготовление кумыса. Сегодня в России этот целебный напиток, соответствующий ГОСТу, большая редкость. У Перепелкина сертификаты качества в наличии и «Честный знак» на бутылках с кумысом стоит. Не случайно основные его покупатели – санатории Тольятти и Бузулукского бора.

— Бывало, уговаривали коммерсанты снизить цену за счет отступления от ГОСТа, но для меня это дело чести, как коневодство – дело жизни, — объясняет Николай Александрович. – Сегодня эта отрасль животноводства переживает трудные времена, нелегко оставаться на коне, не видя будущего и поддержки. Но мы не сдаемся!

В этом году Елшанской (по названию села) конеферме Николая Перепелкина исполняется 35 лет. Создавалась она в 1990-х при колхозе, тогда же и производство кумыса освоили. В лихие времена коров и свиней, имевшихся в хозяйстве в большом количестве, всех пустили под нож. А лошадей Перепелкин отстоял, в 2004 году создал свое крестьянское фермерское хозяйство. Первые годы было неимоверно трудно, в активе кроме лошадей и кумысного цеха только старенький трактор да горстка таких же, как он, энтузиастов, которым и платить-то было нечем. Однако конеферма выжила, сегодня не просто концы с концами сводит — перекрывает расходы, получает прибыль.

— Содержим сейчас две породы, это продуктивная русская тяжеловозная, от которой получаем молоко, мясо, племенной молодняк, и орловские рысаки, с ними выступаем на скачках, завоевываем кубки и медали. Третье направление – это хобби-класс, помесь разных пород, специально выведенная для туризма и иппотерапии. Раньше мы держали еще и верховых лошадей, но рынок данной породы сместился на юг страны, а в нашей округе — Самаре, Оренбурге, Саратове, Ульяновске этих лошадей перестали испытывать на ипподромах. Экономически стало невыгодно их держать. В общей сложности сейчас в хозяйстве более 210 голов лошадей. Табун прирастает молодняком, жизнь продолжается, — с оптимизмом говорит Перепелкин.

Две точки опоры

Кроме лошадей в хозяйстве фермера имеется тысяча гектаров земли. Из них 250 га используются под выращивание многолетних трав, сенокосы и пастбища, на остальных сеют озимую пшеницу, подсолнечник.

— Я все же считаю, что нельзя заниматься только растениеводством, отказавшиеся от животноводства могут однажды сильно об этом пожалеть, — высказывает свое мнение Перепелкин. – Случится неурожай, и тогда надеяться не на что. В 2022 году цены на подсолнечник упали так, что, если бы не конеферма, мы могли бы и не выжить. Имея и животноводство, и растениеводство, всегда будешь на коне!

Конечно, все хорошо да гладко не бывает. Было дело — завел Николай Александрович коз, хотел к кумысу козье молоко в ассортимент добавить. Как-то не прижилось оно на прилавках магазинов, хотя и сейчас многие звонят, спрашивают, нельзя ли купить на конеферме? Козье и кобылье молоко способны заменить грудное женское, что бывает необходимо при вскармливания новорожденных детей. Вот только составить конкуренцию сухим смесям у натуральных продуктов не получилось. Освоили в хозяйстве Перепелкина и производство сыра, но слишком сложным и дорогим оказалось оформление ему «пропуска» в торговлю. Отложили идею до лучших времен. Пока основным продуктом Елшанской конефермы остается кумыс.

— Сегодня есть нацеленность со стороны государства на здоровый образ жизни населения страны. Соответственно растет спрос и на кумыс. Многие туристы приезжают в санаторий Бузулукского бора специально, чтобы пройти курс целебным напитком, — говорит Николай Александрович. – Пока не можем обеспечить им торговую сеть и всех желающих. На всю Россию осталось два таких производителя, как мы. Да и коневодство в целом многие склонны считать исчезающей отраслью животноводства. Кто-то из умных людей сказал: «У лошадей есть одна особенность – они привязывают к себе человеческие сердца навсегда». Поэтому нам нельзя отступать. Надо держаться в седле, работать и развиваться дальше!

Тамара НАЗИНА

Фото автора