«Звезда» из Оренбуржья два года служит на СВО старшиной медицинской роты

Об оренбурженке — старшине медицинской роты 72-й отдельной мотострелковой бригады прапорщике Ольге Зайченко узнала из бригадной газеты. Волонтеры, регулярно доставляющие «за ленточку» гуманитарную помощь, прислали «пэдээфку» номера. Выяснилось: уже почти два года эта медсестра на передовой и домой возвращаться пока не собирается. Остается общаться через мессенджеры. В Оренбурге ночь, в семи километрах от передовой — поздний вечер, а мы с Олей по телефону беседуем о месте женщины на фронте…

 Задача — спасти каждого

Когда в Тоцком на боевом слаживании все определялись с позывными, она спросила совета у других.

— Провели кастинг, предложили «багир», «афин» и прочую ерунду, а потом одна наша бывшая сотрудница сказала: «Звезда ей больше всего подходит!» Я подумала: почему бы нет?! Звезды на погонах, и в небе они, в том числе путеводные…

В подразделении ее зовут либо «Звездой», либо «Звездочкой», реже Олей. Полный вариант своего имени старшина не любит. В ее представлении Ольга — это умудренная годами спокойная женщина с размеренной жизнью… Мирной жизнью. А «Звезда» пока нужна на фронте.

Ей не приходится выносить раненых с передовой, такое занятие все же не для слабого пола. Вытащить, жгут наложить и «обезбол» вколоть можно и без медицинского образования. Но потом пострадавших везут в ПСО — приемно-сортировочное отделение, где Оля и мужчины — ее коллеги оказывают экстренную помощь: обрабатывают, перевязывают, прокапывают… Стабилизируют состояние раненого, чтобы до госпиталя живым доехал.

Режим работы — 24 на 7. Когда затишье, медики дежурят по очереди, могут вот и для разговора с журналистом время выкроить. Но если зараз до девяноста человек поступает, уже не до отдыха.

Спасти здесь пытаются каждого, в каком бы состоянии он ни находился. Оля вспоминает, как однажды привезли бойца из другой бригады, у которого давление было по нулям. Командир отделения отлучился, она увидела, что коллеги в растерянности, и давай всех гонять: «Чего стоим?» Сама как-то вену нашла, принялась раненого прокапывать. Говорит, доставившие его незнакомые ребята были в шоке: женщина десятью мужиками командует! К сожалению, спасти бойца не удалось — осколок пробил позвоночник, попал в основание черепа, но борьба за жизнь шла до последнего.

Ей было просто не до отдыха

О медицине Оля мечтала с детства. Жила с мамой в Казахстане, но постоянно гостила в Оренбурге у любимой тети Нади. Та работала медсестрой в больнице, и девочка хвостиком ходила за ней по отделениям. Как завороженная, рассматривала фонендоскоп и тонометр, шприцы и капельницы, а дома лечила кукол. Окончила медучилище. Хотела, конечно, и дальше учиться, на врача, но жить-то на что? Оставшаяся в Актюбинске мама помочь ей не могла. Оля переехала в Оренбург, ради денег устроилась на три работы, из которых основная была в центральной районной больнице. Когда трудилась в хирургии, в день приходилось ставить по 40 капельниц и 120 уколов, а еще зонды, катетеры, клизмы… Потом ее позвали в реанимацию — в больничных палатах вместе лежали пациенты из кардиологии, неврологии, травматологии… Оля говорит, опыт, полученный за девять лет в ЦРБ, на фронте очень пригодился.

Вышла замуж, родился Дима, следом за ним, с разницей в год — Вова (обоих называла в честь Президентов России). Возить мальчишек в садик и потом добираться до ЦРБ оказалось слишком далеко, потому устроилась в Центр планирования семьи. С улицы Гая он переехал на Невельскую, в ООКБ № 2. А дальше началась пандемия коронавируса. Привычная деятельность многих медучреждений была приостановлена, Оле предложили перейти в созданный на базе областной больницы ковид-центр.

Год медсестра трудилась в оренбургской «красной зоне», заодно и коллег обучала, кто прежде с реанимацией не сталкивался. Это тоже была война, на которой полегло немало в том числе и медиков. Но потом коронавирусная инфекция стала отступать, госпитализаций требовалось все меньше, отделения больницы возвращались к привычной работе. А Олю пригласили в столичные ковид-центры, где война продолжалась. В результате еще год она работала в Москве — то в Филатовской больнице, то на ВДНХ. Вспоминает, что тянула две с половиной ставки, почти не спала. Понимала — тем самым приближает момент своего возвращения в Оренбург, к сыновьям, которые оставались с их отцом.

Сейчас Дима и Вова, им 12 и 11 лет, по-прежнему живут с папой. Готовит тот вкусно, детьми занимается, они учатся хорошо, на секции ходят. С мамой общаются через гаджеты. Видеосвязь в зоне боевых действий под запретом, но уж эсэмэски «Звезда» старается отправлять каждый день. Мальчишки ей про свои дела докладывают, она — что любит их и у нее все хорошо. Но вот обнимались в последний раз в августе 2022-го, когда в Тоцкое уезжала.

 

Главное, что живой!

Вернувшись из Москвы, женщина планировала устроиться в какую-нибудь больницу. Пару месяцев отдохнула и… обнаружила, что к спокойной жизни пока не готова. К той поре уже шла специальная военная операция, и Оля поняла — там она нужнее. С сыновьями все обсудила и явилась в военкомат.

Поначалу ее оформили как санинструктора, но в Тоцком, когда прибыла она в 72-ю отдельную мотострелковую бригаду, «Звезду» быстро забрала к себе медицинская рота. И уже скоро два года, как Оля Зайченко работает в полевых условиях, где прилеты вражеских снарядов — норма. Спрашиваю: «Часто бывает страшно?»

— Да вообще уже все страхи атрофировались. Считаю, кому суждено утонуть, тот не сгорит. Еще под Херсоном, когда мы только зашли, мне сказали: «Нет у тебя чувства самосохранения». Нас отправили работать в большой госпиталь, и заодно шла эвакуация на вертолетах тяжелых раненых из Херсона и Новой Каховки в Ростов. Все это под обстрелами. Мне доверили тоже сопровождать бойцов, мы их к аппаратам ИВЛ подключали. После одного рейса смотрю — пилоты стоят, нервно курят. Спрашивают меня: «Какое сегодня число?» — «16 октября». — «Запомни! В этот день ты второй раз родилась». Оказалось, снаряд прямо перед нами пролетел. Начальник госпиталя мне заявил: «Больше никуда не полетишь!» Но тем же вечером пошла перед сном душ принимать, а меня по рации вызывают: 15-минутная готовность. И снова в небо. Месяца полтора-два в таком режиме работали, потом нас на другое направление перекинули.

С фотографии на меня смотрит хрупкая женщина, на счету которой не одна сотня спасенных жизней. Тяжело в мужском коллективе? Оля уверяет, что — нет, но важно правильно себя поставить, работать наравне, не давать поводов для сплетен. Медики на фронте вынуждены быть психологами. Когда раненый истерит, «Звезда» может и прикрикнуть: «Ты что, тряпка? Соберись, все будет хорошо!» Даже если руку или ногу человеку оторвало, спокойно говорит: «Сейчас протезы знаешь какие делают? Главное, что ты живой! После госпиталя домой поедешь!»

Сама она домой собирается только после победы. Интересуюсь, как относится к тому, что звездами называют разных певцов и танцоров.

— У каждой звезды свое предназначение. Пусть они пляшут. Мое дело — людям помогать.

Васса ЯКУШЕВА

Фото из архива Ольги ЗАЙЧЕНКО


Похожие новости

21-07-2024 14:15
Депутат-коммунист  Иван Кочугуров намерен через
21-07-2024 11:37
Сотрудники МЧС побывали на пляжах
21-07-2024 10:00
Накануне на оренбургском ипподроме в
20-07-2024 15:00
В Оренбургской области за неделю
20-07-2024 12:00
Оренбуржцы смогут голосовать за губернатора
20-07-2024 11:00
Футбольный клуб «Оренбург» продал более
20-07-2024 9:00
Уровень инфляции в Оренбургской области
19-07-2024 18:24
Бывшего руководителя учебного заведения уличили

Также читайте

19-07-2024 13:30
Новые схемы маршрутов внедрили в областном центре почти полгода назад,
19-07-2024 17:25
О торжественном прощании с погибшим на СВО земляком Максимом Воробьевым
19-07-2024 15:07
Сегодня, 19 июля, в Октябрьском районе на трассе Оренбург —
18-07-2024 13:55
В Новосергиевском районе в результате страшной аварии столкнулись две фуры
18-07-2024 13:29
Прокурор Оренбургской области оценил, как идет  строительства жилья для пострадавших
21-07-2024 14:15
Депутат-коммунист  Иван Кочугуров намерен через СК РФ повлиять на оренбургских